if you can't run to save yourself - you deserve to be had
05.12.2010 в 15:17
Пишет _bitch:очень запоздалый подарок.
child catcher, солнце! я знаю, что продолбал все сроки. а еще у меня, кажется, получилось не совсем то, что тебе хотелось.
но там точно есть Ренджи, Ичиго и ключевая фраза)
фэндом: блич!
название: особенности мотопрогулок в обществе Абараи Ренджи.
автор: _bitch.
бета: нет.
жанр: юмор.
рейтинг: G.
персонажи: Ренджи, Ичиго, мопед и один Пустой.
дисклеймер: мои только домыслы.
предупреждения: вроде нет.
от автора: написано в подарок для child catcher.
прокатиться с ветерком?Есть у Ренджи одна замечательная особенность – делиться радостью. С любым и каждым, до кого только его широкая душа дотянется, а дотягивается она до многих. Такой вот он, Абараи Ренджи. Не умеет так, чтоб не делиться.
Другой вопрос, что радость в его понимании не всегда является тем же самым для кого-то другого. Вспомнить хоть те очки, которые Ренджи от всей своей широкой души презентовал Бьякуе. Хотя, коробочка с этими самыми очками до сих пор лежит в верхнем ящике рабочего стола капитана Кучики, а то, что открывать ее он избегает, дабы лишний раз не видеть «подарка»… ну, это, опять же, другое дело.
Касается это, кстати, не только подарков. У Ичиго в шкафу целый ящик всякого «добра», когда-либо сочтенного любознательным лейтенантом Шестого интересным и достойным того, чтобы поделиться им с друзьями. В частности, с Ичиго, который, к слову, чаще прочих оказывается охвачен широтой абараевской души.
Как, например, на сей раз…
-И что это за хрень?- подозрительно осведомляется Куросаки, глядя то на древний мопед, припаркованный возле его дома, то на топчущегося рядом шинигами.- И где ты его вообще откопал?
Довольная ухмылка добытчика мамонтов (ровесником которых, судя по всему, является потрепанный ветеран мотостроения) на лице Ренджи немедля сменяется праведным негодованием.
-Что значит «хрень»?! Да что б ты понимал вообще?! Это же классика! Во, ты только глянь!
С этими словами Абараи хлопает по потертому сиденью. «Классика» под тяжелой рукой лейтенанта жалобно скрипит и пошатывается на своих крошечных колесах.
-И на кой черт ты его сюда приволок?
Ответ на этот вопрос Ичиго, к сожалению, уже знает.
-Ну…- мнется Ренджи, почесывая затылок.- Тут такое дело… Урахара сказал, у них ставить негде… Так я его у тебя оставлю, ладно?
-Ничего не ладно!- возмущается Куросаки.- У меня что, бесплатная стоянка для всякого старья?!
-Это не старье!- не менее возмущенно снова поправляет его Абараи.- Это классика!
-Да такой классики на каждой свалке навалом!- заводится рыжий. У него завтра контрольная по алгебре, к которой нужно готовиться. А еще отец, и объяснять ему появление в семейном гараже этого мопеда Ичиго хочет еще меньше, чем схлопотать завтра «пару».- Вот туда его и отвези!
-Ичиго, блин!
-Отвали!
-Ичиго, ну… блин! Пожалуйста!
-Да на кой хрен он тебе вообще сдался?! Ездить, что ли, будешь?!
-Буду!
-Да не пори чушь!
-Ничего не чушь!
-Хорошо, даже если не чушь, мне-то этот мопед зачем?!
-Пригодится!
-Зачем?!
-Да хоть в школу ездить будешь!
-На этом?! Да ни за что!
-А что такого-то?!
Ренджи убежденно отстаивает право на существование техники в семейном гараже Куросаки. Ичиго не менее убежденно отбрыкивается. Но у него контрольная завтра, контрольная, к которой нужно готовиться, и это обстоятельство как-то не располагает к длительным прениям. И он уже почти готов сдаться – в конце концов, Ишшину можно и объяснить, черт с ним, – когда печать в кармане домашних штанов начинает вибрировать.
-Блин!
Рыжий выхватывает ее и собирается уже хлопнуть себя по груди, но его останавливает Ренджи.
-Сдурел, посреди улицы!..
Куросаки ругается сквозь зубы, но бежать в дом, где собирается к ужину все семейство, означает неминуемую задержку. А там Пустой, чтоб его!
-Поехали!
Абараи плюхается на сиденье мопеда, двигается вперед, чтобы освободить место для Ичиго. Места удручающе мало, да и вид просевшего чуть ли не до земли под весом одного только Ренджи «транспорта» доверия, прямо сказать, не вызывает.
-Обалдел совсем?! Я что, на самоубийцу похож?! Он же развалится!
-Ничего не развалится!- уверенно заявляет лейтенант.- Поехали, говорю!
Настойчивый сигнал печати пересиливает инстинкт самосохранения. Ну, думает Куросаки, пристраиваясь позади Ренджи, на худой конец можно и спрыгнуть, если что.
Если что – это, например, когда Абараи, одной рукой вцепившись в руль, второй пытается вытащить из кармана телефон, чтобы выяснить, где объявился Пустой. Ладно бы еще просто доставал, так он ведь при этом еще и повернуть решает. Направо. Из крайнего левого ряда, через две полосы довольно плотного движения. Вот только спрыгнуть здесь едва ли окажется самым разумным решением.
-Нормально веди, камикадзе хренов!- орет Ичиго в ухо Ренджи, судорожно цепляясь за него.- Двумя руками! Двумя, слышишь!
-А?- Абараи оборачивается через плечо. Естественно, теряя из виду дорогу, по которой им навстречу несется грузовик.
Вот вам и второе «если что». И опять не спрыгнуть. М-да, не рассчитал малость Куросаки Ичиго.
-На дорогу смотри, придурок!- снова вопит временный шинигами.- На дорогу!
-Тогда перестань меня все время отвлекать!- огрызается Ренджи.- И не ори, блин! Всё я вижу!
Из-под колес грузовика – прямо из-под чертовых колес! – мопед выворачивается только чудом. Гребаным, мать его, чудом! Всю оставшуюся дорогу до парка Ичиго ощутимо потряхивает, а когда они оказываются на месте – тоже чудом, не иначе – с сидения Куросаки не слезает, а стекает какой-то невразумительной субстанцией, гадая о количестве седых волос, появившихся после «захватывающей» поездки в его рыжей шевелюре.
На размышления, правда, времени остается не так много – пронзительный вой Пустого раздается совсем рядом, а верхушки деревьев на соседней аллее качаются как в ураган.
-Здоровый, похоже,- щурится Абараи.- Ладно, давай… твою мать! Ичиго, берегись!
Хорошая все-таки штука – инстинкты. А в бою так и вовсе незаменимая. Куросаки шлепается на землю рядом с мопедом, и длинная суставчатая конечность Пустого проносится над ним, не задев.
-Зар-раза!- ругается временный шинигами, поднимаясь. Тело так и остается лежать лицом в груде опавших листьев, которую, судя по запаху, успела «навестить» парочка собак, но времени его перекладывать нет.- Ты получше места для парковки найти не мог?!
-Ну, извини,- без тени раскаяния отзывается Ренджи, оглядываясь в поисках противника.- В следующий раз…
Договорить он не успевает – Пустой показывается из-за деревьев во всей красе.
-Шинигами!- оглушительный рев вырывается из огромной пасти вместе с волной отвратительной вони.- Я уничтожу вас!
-Смотри-ка,- присвистывает Абараи,- оно разговаривать умеет.
-Лучше бы зубы чистить научился,- фыркает ему в тон рыжий.
-Уничтожу!!!- завывает тварь в ответ, размахивая щупальцами. Которых у нее десятка два, кстати, не меньше.
Ренджи уворачивается от одного из них, срубает второе, метящее ему в голову, и насмешливо хмыкает:
-Ичиго, по-моему, ему твой юмор как-то не очень! Хотя, тут я его понимаю, ага!
Куросаки, крутанув над головой тяжелое лезвие Зангетсу, избавляет Пустого сразу от трех конечностей, ныряет вниз и на бегу орет:
-Ты, что ли, у нас юморист записной?! Да от твоих шуток, между прочим, у всех нормальных людей уши вянут!
-Что-о?!- оскорбленный до глубины души лейтенант перекрикивает даже Пустого.- Ты у меня договоришься когда-нибудь! Точно договоришься!
-Да неужто?!- азартно отзывается Ичиго, блокирует атаку противника и тут же сам бросается вперед.- И что ты сделаешь?
-Сзади!- предупреждает окриком Ренджи, отмахиваясь от полудесятка щупальцев, хлещущих вокруг него ополоумевшими плетьми.- Да зад надеру – и все дела!
Куросаки разворачивается, меч в его руке описывает полукруг, и почти добравшийся до него Пустой визжит от боли, отдергивая плещущие густой кровью обрубки.
-Ты сколько уже грозишься это сделать?- фыркает рыжий, стряхивая с клинка липкие темные сгустки.- Хоть раз получилось?
-На этот раз – точно!- обещает Абараи и, оттолкнувшись от земли, взмывает над головой ошалевшей твари.- Реви, Забимару!
-Гетсуга Теншо!- не отстает от него Ичиго.
Его атака настигает Пустого одновременно с занпакто Ренджи, и чудовище, разрубленное почти пополам, заваливается набок. Прямо туда, где…
-Мое тело!
-Мой мопед!
-Тьфу, блин! Вот гадость же! Тьфу!
Ренджи, оторвавшись, наконец, от своего драгоценного мопеда, оглядывается на Куросаки. Тот ожесточенно трет рукавом куртки лицо и ругается сквозь зубы.
-Да ладно причитать, Ичиго,- ухмыляется Абараи.- Сейчас домой тебя отвезу, в душ сходишь.
Перспектива отмыться от запаха орошенных «друзьями человека» листьев кажется Куросаки очень заманчивой. Но не настолько, чтобы ради нее снова садиться на мопед с этим ненормальным!
-Ни за что!- подскакивает рыжий.- И вообще, чтоб я эту… штуку больше не видел, ясно?!
-Это не «штука»,- в который раз за последние полтора часа начинает Ренджи.- Это…
-Да мне без разницы, классика это или что! Я на него не сяду больше!
-Ну, как хочешь,- неожиданно покладисто пожимает плечами красноволосый.- Только как ты до дома будешь добираться, вот мне что интересно?
В его словах резон, конечно, есть – от городского парка до дома Ичиго топать вполне прилично. А бумажник со всей наличностью остался в школьных брюках. Но, блин!.. Уж лучше пешком, чем так, как они сюда ехали!
-Ногами!- нахмурившись, отвечает Куросаки и идет к выходу из парка.
То, что затея оказалась не самой удачной, он понимает уже через пару кварталов. Задувающий совершенно не по-сентябрьски ветер пробирает мало не до костей, а толстовка, наспех наброшенная Ичиго перед тем, как выскочить из дома, от него не спасает вообще.
-Не передумал?- интересуется Ренджи, медленно едущий следом за ним.
Куросаки упрямо мотает головой, бурчит что-то и идет дальше, не клацая зубами только из гордости.
-Ну-ну,- фыркает Абараи за спиной рыжего.
Инстинкт самосохранения отказывает еще через квартал. Ренджи честно старается ухмыляться не слишком торжествующе, когда Ичиго усаживается позади него.
-Только не как в прошлый раз!- грозно предупреждает Куросаки, вцепляясь в абараевскую куртку закоченевшими руками.
-Ага,- беспечно откликается тот и дает по газам.
Обратная дорога, вопреки опасениям рыжего, оказывается и вполовину не такой экстремальной, и у него даже получается получать что-то вроде удовольствия от поездки. Вернее, получалось бы, не будь ему так холодно – все-таки, мопед не слишком подходящий для холодной погоды транспорт.
Когда пальцы начинает буквально сводить от холода, Ичиго решает, что пора как-то с этим бороться. Руки-то ему, как ни крути, еще нужны. Наскоро перебрав в уме возможные способы спасения своих конечностей, Куросаки выбирает самый быстрый и доступный из них и сует руки под куртку Ренджи. Получается, правда, не только под куртку, но еще и под футболку, и шинигами от неожиданности подпрыгивает на сидении.
-Ичиго!!! Ты, блин, что творишь?!
Мопед опасно виляет в сторону встречной полосы. Ичиго снова орет:
-Осторожнее, придурок!
-Сам придурок!- вопит Абараи.- Сдурел так хватать?! Лапы свои ледяные убери! Да убери, блин! Холодно же!
-Потерпишь! Мне еще холоднее!
-Одеваться теплее надо,- ворчливо замечает Ренджи, но убрать «ледяные лапы» больше не требует.
Ладно уж, с него не убудет. А то ведь и правда охламон этот рыжий замерзнет, простудится… лечи его потом!
Куросаки скукоживается за широкой спиной Ренджи, пытаясь спрятаться от ветра, который кажется уже просто ледяным, и окончательно уверяется в том, что хрен он еще раз согласится участвовать в таких идиотских развлечениях.
Но мопед, так уж и быть, разрешит оставить у него.
Не убудет, в конце концов.
URL записиchild catcher, солнце! я знаю, что продолбал все сроки. а еще у меня, кажется, получилось не совсем то, что тебе хотелось.
но там точно есть Ренджи, Ичиго и ключевая фраза)
фэндом: блич!
название: особенности мотопрогулок в обществе Абараи Ренджи.
автор: _bitch.
бета: нет.
жанр: юмор.
рейтинг: G.
персонажи: Ренджи, Ичиго, мопед и один Пустой.
дисклеймер: мои только домыслы.
предупреждения: вроде нет.
от автора: написано в подарок для child catcher.
прокатиться с ветерком?Есть у Ренджи одна замечательная особенность – делиться радостью. С любым и каждым, до кого только его широкая душа дотянется, а дотягивается она до многих. Такой вот он, Абараи Ренджи. Не умеет так, чтоб не делиться.
Другой вопрос, что радость в его понимании не всегда является тем же самым для кого-то другого. Вспомнить хоть те очки, которые Ренджи от всей своей широкой души презентовал Бьякуе. Хотя, коробочка с этими самыми очками до сих пор лежит в верхнем ящике рабочего стола капитана Кучики, а то, что открывать ее он избегает, дабы лишний раз не видеть «подарка»… ну, это, опять же, другое дело.
Касается это, кстати, не только подарков. У Ичиго в шкафу целый ящик всякого «добра», когда-либо сочтенного любознательным лейтенантом Шестого интересным и достойным того, чтобы поделиться им с друзьями. В частности, с Ичиго, который, к слову, чаще прочих оказывается охвачен широтой абараевской души.
Как, например, на сей раз…
-И что это за хрень?- подозрительно осведомляется Куросаки, глядя то на древний мопед, припаркованный возле его дома, то на топчущегося рядом шинигами.- И где ты его вообще откопал?
Довольная ухмылка добытчика мамонтов (ровесником которых, судя по всему, является потрепанный ветеран мотостроения) на лице Ренджи немедля сменяется праведным негодованием.
-Что значит «хрень»?! Да что б ты понимал вообще?! Это же классика! Во, ты только глянь!
С этими словами Абараи хлопает по потертому сиденью. «Классика» под тяжелой рукой лейтенанта жалобно скрипит и пошатывается на своих крошечных колесах.
-И на кой черт ты его сюда приволок?
Ответ на этот вопрос Ичиго, к сожалению, уже знает.
-Ну…- мнется Ренджи, почесывая затылок.- Тут такое дело… Урахара сказал, у них ставить негде… Так я его у тебя оставлю, ладно?
-Ничего не ладно!- возмущается Куросаки.- У меня что, бесплатная стоянка для всякого старья?!
-Это не старье!- не менее возмущенно снова поправляет его Абараи.- Это классика!
-Да такой классики на каждой свалке навалом!- заводится рыжий. У него завтра контрольная по алгебре, к которой нужно готовиться. А еще отец, и объяснять ему появление в семейном гараже этого мопеда Ичиго хочет еще меньше, чем схлопотать завтра «пару».- Вот туда его и отвези!
-Ичиго, блин!
-Отвали!
-Ичиго, ну… блин! Пожалуйста!
-Да на кой хрен он тебе вообще сдался?! Ездить, что ли, будешь?!
-Буду!
-Да не пори чушь!
-Ничего не чушь!
-Хорошо, даже если не чушь, мне-то этот мопед зачем?!
-Пригодится!
-Зачем?!
-Да хоть в школу ездить будешь!
-На этом?! Да ни за что!
-А что такого-то?!
Ренджи убежденно отстаивает право на существование техники в семейном гараже Куросаки. Ичиго не менее убежденно отбрыкивается. Но у него контрольная завтра, контрольная, к которой нужно готовиться, и это обстоятельство как-то не располагает к длительным прениям. И он уже почти готов сдаться – в конце концов, Ишшину можно и объяснить, черт с ним, – когда печать в кармане домашних штанов начинает вибрировать.
-Блин!
Рыжий выхватывает ее и собирается уже хлопнуть себя по груди, но его останавливает Ренджи.
-Сдурел, посреди улицы!..
Куросаки ругается сквозь зубы, но бежать в дом, где собирается к ужину все семейство, означает неминуемую задержку. А там Пустой, чтоб его!
-Поехали!
Абараи плюхается на сиденье мопеда, двигается вперед, чтобы освободить место для Ичиго. Места удручающе мало, да и вид просевшего чуть ли не до земли под весом одного только Ренджи «транспорта» доверия, прямо сказать, не вызывает.
-Обалдел совсем?! Я что, на самоубийцу похож?! Он же развалится!
-Ничего не развалится!- уверенно заявляет лейтенант.- Поехали, говорю!
Настойчивый сигнал печати пересиливает инстинкт самосохранения. Ну, думает Куросаки, пристраиваясь позади Ренджи, на худой конец можно и спрыгнуть, если что.
Если что – это, например, когда Абараи, одной рукой вцепившись в руль, второй пытается вытащить из кармана телефон, чтобы выяснить, где объявился Пустой. Ладно бы еще просто доставал, так он ведь при этом еще и повернуть решает. Направо. Из крайнего левого ряда, через две полосы довольно плотного движения. Вот только спрыгнуть здесь едва ли окажется самым разумным решением.
-Нормально веди, камикадзе хренов!- орет Ичиго в ухо Ренджи, судорожно цепляясь за него.- Двумя руками! Двумя, слышишь!
-А?- Абараи оборачивается через плечо. Естественно, теряя из виду дорогу, по которой им навстречу несется грузовик.
Вот вам и второе «если что». И опять не спрыгнуть. М-да, не рассчитал малость Куросаки Ичиго.
-На дорогу смотри, придурок!- снова вопит временный шинигами.- На дорогу!
-Тогда перестань меня все время отвлекать!- огрызается Ренджи.- И не ори, блин! Всё я вижу!
Из-под колес грузовика – прямо из-под чертовых колес! – мопед выворачивается только чудом. Гребаным, мать его, чудом! Всю оставшуюся дорогу до парка Ичиго ощутимо потряхивает, а когда они оказываются на месте – тоже чудом, не иначе – с сидения Куросаки не слезает, а стекает какой-то невразумительной субстанцией, гадая о количестве седых волос, появившихся после «захватывающей» поездки в его рыжей шевелюре.
На размышления, правда, времени остается не так много – пронзительный вой Пустого раздается совсем рядом, а верхушки деревьев на соседней аллее качаются как в ураган.
-Здоровый, похоже,- щурится Абараи.- Ладно, давай… твою мать! Ичиго, берегись!
Хорошая все-таки штука – инстинкты. А в бою так и вовсе незаменимая. Куросаки шлепается на землю рядом с мопедом, и длинная суставчатая конечность Пустого проносится над ним, не задев.
-Зар-раза!- ругается временный шинигами, поднимаясь. Тело так и остается лежать лицом в груде опавших листьев, которую, судя по запаху, успела «навестить» парочка собак, но времени его перекладывать нет.- Ты получше места для парковки найти не мог?!
-Ну, извини,- без тени раскаяния отзывается Ренджи, оглядываясь в поисках противника.- В следующий раз…
Договорить он не успевает – Пустой показывается из-за деревьев во всей красе.
-Шинигами!- оглушительный рев вырывается из огромной пасти вместе с волной отвратительной вони.- Я уничтожу вас!
-Смотри-ка,- присвистывает Абараи,- оно разговаривать умеет.
-Лучше бы зубы чистить научился,- фыркает ему в тон рыжий.
-Уничтожу!!!- завывает тварь в ответ, размахивая щупальцами. Которых у нее десятка два, кстати, не меньше.
Ренджи уворачивается от одного из них, срубает второе, метящее ему в голову, и насмешливо хмыкает:
-Ичиго, по-моему, ему твой юмор как-то не очень! Хотя, тут я его понимаю, ага!
Куросаки, крутанув над головой тяжелое лезвие Зангетсу, избавляет Пустого сразу от трех конечностей, ныряет вниз и на бегу орет:
-Ты, что ли, у нас юморист записной?! Да от твоих шуток, между прочим, у всех нормальных людей уши вянут!
-Что-о?!- оскорбленный до глубины души лейтенант перекрикивает даже Пустого.- Ты у меня договоришься когда-нибудь! Точно договоришься!
-Да неужто?!- азартно отзывается Ичиго, блокирует атаку противника и тут же сам бросается вперед.- И что ты сделаешь?
-Сзади!- предупреждает окриком Ренджи, отмахиваясь от полудесятка щупальцев, хлещущих вокруг него ополоумевшими плетьми.- Да зад надеру – и все дела!
Куросаки разворачивается, меч в его руке описывает полукруг, и почти добравшийся до него Пустой визжит от боли, отдергивая плещущие густой кровью обрубки.
-Ты сколько уже грозишься это сделать?- фыркает рыжий, стряхивая с клинка липкие темные сгустки.- Хоть раз получилось?
-На этот раз – точно!- обещает Абараи и, оттолкнувшись от земли, взмывает над головой ошалевшей твари.- Реви, Забимару!
-Гетсуга Теншо!- не отстает от него Ичиго.
Его атака настигает Пустого одновременно с занпакто Ренджи, и чудовище, разрубленное почти пополам, заваливается набок. Прямо туда, где…
-Мое тело!
-Мой мопед!
-Тьфу, блин! Вот гадость же! Тьфу!
Ренджи, оторвавшись, наконец, от своего драгоценного мопеда, оглядывается на Куросаки. Тот ожесточенно трет рукавом куртки лицо и ругается сквозь зубы.
-Да ладно причитать, Ичиго,- ухмыляется Абараи.- Сейчас домой тебя отвезу, в душ сходишь.
Перспектива отмыться от запаха орошенных «друзьями человека» листьев кажется Куросаки очень заманчивой. Но не настолько, чтобы ради нее снова садиться на мопед с этим ненормальным!
-Ни за что!- подскакивает рыжий.- И вообще, чтоб я эту… штуку больше не видел, ясно?!
-Это не «штука»,- в который раз за последние полтора часа начинает Ренджи.- Это…
-Да мне без разницы, классика это или что! Я на него не сяду больше!
-Ну, как хочешь,- неожиданно покладисто пожимает плечами красноволосый.- Только как ты до дома будешь добираться, вот мне что интересно?
В его словах резон, конечно, есть – от городского парка до дома Ичиго топать вполне прилично. А бумажник со всей наличностью остался в школьных брюках. Но, блин!.. Уж лучше пешком, чем так, как они сюда ехали!
-Ногами!- нахмурившись, отвечает Куросаки и идет к выходу из парка.
То, что затея оказалась не самой удачной, он понимает уже через пару кварталов. Задувающий совершенно не по-сентябрьски ветер пробирает мало не до костей, а толстовка, наспех наброшенная Ичиго перед тем, как выскочить из дома, от него не спасает вообще.
-Не передумал?- интересуется Ренджи, медленно едущий следом за ним.
Куросаки упрямо мотает головой, бурчит что-то и идет дальше, не клацая зубами только из гордости.
-Ну-ну,- фыркает Абараи за спиной рыжего.
Инстинкт самосохранения отказывает еще через квартал. Ренджи честно старается ухмыляться не слишком торжествующе, когда Ичиго усаживается позади него.
-Только не как в прошлый раз!- грозно предупреждает Куросаки, вцепляясь в абараевскую куртку закоченевшими руками.
-Ага,- беспечно откликается тот и дает по газам.
Обратная дорога, вопреки опасениям рыжего, оказывается и вполовину не такой экстремальной, и у него даже получается получать что-то вроде удовольствия от поездки. Вернее, получалось бы, не будь ему так холодно – все-таки, мопед не слишком подходящий для холодной погоды транспорт.
Когда пальцы начинает буквально сводить от холода, Ичиго решает, что пора как-то с этим бороться. Руки-то ему, как ни крути, еще нужны. Наскоро перебрав в уме возможные способы спасения своих конечностей, Куросаки выбирает самый быстрый и доступный из них и сует руки под куртку Ренджи. Получается, правда, не только под куртку, но еще и под футболку, и шинигами от неожиданности подпрыгивает на сидении.
-Ичиго!!! Ты, блин, что творишь?!
Мопед опасно виляет в сторону встречной полосы. Ичиго снова орет:
-Осторожнее, придурок!
-Сам придурок!- вопит Абараи.- Сдурел так хватать?! Лапы свои ледяные убери! Да убери, блин! Холодно же!
-Потерпишь! Мне еще холоднее!
-Одеваться теплее надо,- ворчливо замечает Ренджи, но убрать «ледяные лапы» больше не требует.
Ладно уж, с него не убудет. А то ведь и правда охламон этот рыжий замерзнет, простудится… лечи его потом!
Куросаки скукоживается за широкой спиной Ренджи, пытаясь спрятаться от ветра, который кажется уже просто ледяным, и окончательно уверяется в том, что хрен он еще раз согласится участвовать в таких идиотских развлечениях.
Но мопед, так уж и быть, разрешит оставить у него.
Не убудет, в конце концов.